English >>     
 
Фауна
Флора
Медицинская помощь

Новости
Соцопросы


  Организации     Словарь     Красная книга     Книга Гиннеса     Рефераты     Фотоальбом  

 Мир животных- Дикий животный мир

Вопрос о понятии 'дикий животный мир' длительное время обсуждался в юридической литературе. И в настоящее время он четко не разрешен. Как законодателем, так и исследователями этой проблемы животный мир рассматривался лишь как принадлежность среды обитания человека со всеми вытекающими отсюда последствиями. Видимо, поэтому ни Декрет 'О земле', ни его неотъемлемая часть 'Крестьянский наказ о земле' прямо не упоминали о национализации дикого животного мира. Дифференцированное, применительно к отдельным частям фауны, развитие законодательства о животном мире наложило отпечаток и на формулировку норм о праве собственности на указанные объекты: нормы права, конкретизирующие право государственной собственности на животный мир, касались в основном охотничьего фонда и рыбных запасов.

Все это давало основания для разногласий между исследователями не только по вопросу об исключительности или неисключительности права государственной собственности, но и о самостоятельности животного мира как объекта права государственной собственности, а также для необоснованного противопоставления отдельных элементов фаунистического фонда. Так, в учебном пособии 'Правовая охрана природы в СССР' млекопитающие, птицы и другие живые организмы, обитающие на безлесном пространстве земли и в ее почвенном слое, включались в земельный фонд, а млекопитающие, птицы и другие живые организмы, обитающие в лесу, - в структуру лесного фонда. В другом разделе пособия говорится о животном мире как о самостоятельном объекте права собственности. Отдельные исследователи противопоставляли 'дикий животный мир' (видимо, имея в виду наземных животных) 'естественным рыбным запасам'. Противопоставление имеется даже в новом УК РФ. В частности, ст. 250 предусматривает ответственность за загрязнение вод, если 'деяния повлекли причинение существенного вреда животному или растительному миру, рыбным запасам...'.

Существенно не отразилось на судьбе дискуссий и принятие закона РСФСР 'Об охране и использовании животного мира'. Примером могут служить работы (включая учебники), рассматривающие особенности правового режима природных объектов. Авторы учебника 'Природноресурсовое право и правовая охрана окружающей среды' включали отдельные элементы животного мира в состав земельного, водного и лесного фонда или в фонд недр, подчеркивая, что 'отношения собственности государства на животный мир в силу... признака неотделимости природных объектов от среды прямо вытекали из права государственной собственности на землю, недра, воды и леса, установленного национализацией природных богатств в СССР и закрепленного в Конституции СССР'.

Наиболее ярко эта точка зрения выражена в трудах В.В. Петрова. Он полагал, что в эколого-правовых отношениях собственности весьма полезно использовать 'нормы гражданского права о главной вещи и принадлежности к ней'. По ст. 139 ГК РСФСР, принадлежность, т. е. вещь, предназначенная служить главной вещи и связанная с ней общим хозяйственным назначением, следует судьбе главной вещи, если законом или договором не установлено иное. Нечто подобное мы наблюдаем и в отношениях собственности на природные объекты. Государство, являясь собственником генерального объекта природы, служащего средой обитания, автоматически выступает собственником и всех его компонентов, которые входят в среду обитания естественного мира.6 Еще более четко эта мысль выражена в учебнике В.В. Петрова 'Экологическое право России', где отмечается, что 'право собственности на животный мир как природный объект вытекает из принадлежности права собственности на другой объект природы - леса, воды. Ясно, что дикие звери находятся в собственности того, у кого находится в собственности среда обитания - лесные угодья. Рыбы и другие водные животные могут находиться в собственности тех, кому принадлежит собственность на водные объекты'.

Не преуменьшая значения среды обитания для животного мира, необходимо отметить, что отнесение животного мира к земельному, водному и другим фондам усложняет задачу оптимального использования дикой фауны. В настоящее время социальная ценность ее постоянно повышается и поэтому подчинение правового режима животного мира режиму среды его обитания не соответствует роли дикой фауны. Необходимо не подчинение, а оптимальное сочетание правового регулирования использования и охраны различных природных богатств. 'Такой целостный подход возможен лишь на основе правильного сочетания в системе законодательства дифференциации нормативных актов, учитывающих особенности природы и социальной ценности различных частей животного мира, и интеграции таких актов с учетом единства последнего'.

Между всеми природными ресурсами существует как естественная взаимосвязь, так и существенные различия. Не способствует выработке единого мнения и факт, что до настоящего времени не сформулирован и законодательно не закреплен единый фонд животного мира, т. е. животный мир как объект собственности не индивидуализирован в привычной для нас форме.

В литературе отмечено, что 'животный мир - объект специфический по своим природным качествам. Включать его в структуру иных объектов права собственности нецелесообразно... Правильнее было бы разделить этот объект на фонды: охотничий, рыбных запасов и т. д.'.

Как объект права государственной собственности животный мир характеризуется рядом признаков, которые закреплены законодательством об его охране и использовании. К ним относятся:

1) принадлежность к дикой фауне;

2) нахождение диких животных в состоянии естественной свободы, под которой понимается непосредственная естественная связь животного с окружающей средой. Дикие животные, находящиеся в зоопарках, вольерах, а также некоторые виды животных (например, северные олени), содержащихся в полувольных условиях, могут находиться на праве собственности как у государства, так и у других лиц и охраняться как товарно-материальные ценности. В то же время Федеральный закон 'О животном мире' (1995 г.) говорит о возможности отнесения отдельных объектов, содержащихся в полувольных условиях или искусственно созданной среде обитания, к животному миру при условии, что такое содержание необходимо в целях сохранения ресурса и генетического фонда объектов животного мира и в иных научных и воспитательных целях (ч. 2 ст. 3);

3) установление территориальных границ нахождения дикого животного. Только на территории Российской Федерации они входят в единый государственный фаунистический фонд. Это особенно важно при определении принадлежности мигрирующих животных. Указанный признак нашел закрепление в ст. 4 Федерального закона 'О животном мире': 'животный мир в пределах территории Российской Федерации является государственной собственностью';

4) непотребляемость объекта, т. е. при переходе отдельного животного с территории Российской Федерации на территорию другого государства, а также при уничтожении отдельных экземпляров в результате охоты, рыболовства и т. д. животный мир в целом как объект права собственности и объект охраны не исчезает. Этот признак воспринимается неоднозначно. Поэтому следует подчеркнуть, что термин 'потребляемость' относится не к отдельным животным или даже их видам, включаемым в единый фаунистический фонд, а к фаунистическому фонду в целом, т. е. отдельное животное - вещь потребляемая, оно может быть уничтожено, изъято из среды обитания и т. п., может исчезнуть даже целый вид диких животных, но до тех пор, пока сохранится хотя бы одно дикое животное, отвечающее всем вышеперечисленным признакам, фаунистический фонд как объект права собственности сохраняется. Именно в этом значении употребляется термин 'потребляемость' как признак животного мира - объекта права собственности.

В ряде исследований встречается еще один признак - полезность, который был закреплен законодательством в 60-е годы. Однако впоследствии большинство ученых, а также законодатель отказались от деления диких животных на полезных и вредных, ибо оно всегда носило условный характер. Так как в природе все взаимосвязано, то отдельные виды животных в различной обстановке могут быть и полезными, и вредными. Например, лось, заяц и дикий кабан при оптимальной численности на 1 км2 охотничьих угодий - животные полезные, но стоит превысить их численность - они уже становятся вредными в связи с тем, что могут нанести существенный вред ведению лесного и сельского хозяйства.

Отдельные животные не являются объектами права государственной собственности. Они должны входить в состав единого фаунистического фонда через определенные комплексы, так как полезные свойства используются обычно не прямо государством, а через предприятия, учреждения либо соответствующие организации. Дикий животный мир сложен по своей структуре и включает в себя и наземных животных, и земноводных, и рыб, и т. д. Поэтому, установив в отношении дикого животного мира режим права государственной собственности, не следует его разделять, а надо создать единый государственный фаунистический фонд, который будет состоять из отдельных частей (фондов) в зависимости от их целевого назначения, а именно: охотничий, рыболовный, генетический и другие фонды.

Поскольку дикий животный мир - это не только объект природы, но и объект хозяйствования, то о целесообразности установления подобных фондов указывалось в ряде исследований, хотя в отношении количества и наименования фондов точки зрения пока расходятся. например, в одних работах говорится только о рыболовном и охотничьем фондах, в других же встречаются такие, как: а) государственный охотничий фонд; б) фонд рыболовных ресурсов; в) фонд ресурсов морского зверя и других живых водных организмов; г) фонд других ресурсов животного мира.

Понятие государственного фонда закреплено законодательством. Согласно существующим нормативным актам об охоте и охотничьем хозяйстве в состав государственного фонда входят либо дикие животные, являющиеся объектом охоты и промысла, либо все дикие звери и птицы, обитающие в естественных условиях, или в таких актах дается перечисление классов диких животных и т. д. Это отразилось и на взглядах исследователей, одни из которых относят к государственному охотничьему фонду всех зверей и птиц в состоянии естественной свободы, а другие - всех, за исключением некоторых видов. Так, А.А. Улитин указывает, что 'к государственному охотничьему фонду... равно как и фонду всего животного мира... не относятся те дикие животные, которые на законном основании содержатся в неволе... а также домашние животные... К госохотфонду не относятся киты, дельфины, тюлени и другие морские животные'. Близко к этой точке зрения и мнение о включении в этот ряд диких животных, выпущенных в целях разведения в охотничьи угодья и обитающих здесь.

Хотя оба данные определения существенно расширяют границы фонда, так как не все дикие животные, даже и находящиеся в охотничьих угодьях, могут быть объектами охоты, однако здесь не учитывается ни количественная сторона, ни качественный состав животного мира. В литературе же все чаще обращается внимание на то, что 'нельзя считать охотничьими таких животных, чья численность низка и в пределах 5-10 лет не может быть восстановлена'.

Правительство РФ Постановлением ? 1289 от 26 декабря 1995 г. утвердило перечень объектов животного мира, отнесенных к объектам охоты. Это постановление оставляет двоякое впечатление. С одной стороны, перечень может служить основой для закрепления платного пользования представителями дикой наземной фауны, с другой - в него включены животные, имеющие различную ценность для разных регионов. На это обратил внимание в комментарии к Закону РФ 'О животном мире' А.А. Улитин, который предложил уточнять данные перечня на уровне субъектов Федерации. Представляется, что на уровне Российской Федерации должны утверждаться не перечни объектов охоты, а критерии отнесения представителей дикой фауны к объектам охоты. Утверждение же конкретных перечней должно входить в полномочия субъектов Федерации.

Постановления Правительства РФ должны обязательно исполняться на всей территории Российской Федерации, однако постановление ? 1289 объективно не относится к таковым в связи с тем, что некоторые животные, включенные в перечень объектов охоты, являются особо охраняемыми на территории отдельных субъектов Федерации. Следовательно, оно не будет исполняться этими субъектами.

Было бы целесообразнее на уровне Российской Федерации закрепить понятие государственного охотничьего фонда, включающее в себя совокупность промысловых, полупромысловых животных, а также животных - объектов любительской и спортивной охоты. Между правовым режимом всех этих групп вероятны определенные различия, но в отношении их пользователи имеют все права, предусмотренные законами об охране и использовании животного мира, а также законодательством об охоте и охотничьем хозяйстве.

Рыболовный фонд может включать рыб, водных беспозвоночных и морских млекопитающих. Некоторые исследователи относят к фонду рыбных запасов водную растительность. Все указанные объекты имеют промысловое значение, т. е. субъектами их добычи являются юридические лица, а также граждане, зарегистрированные в качестве индивидуальных предпринимателей, получившие соответствующую лицензию.

К рыболовному фонду относятся также:

1) рыбы и водные беспозвоночные, в отношении которых разрешен любительский и спортивный лов для личного потребления, который обычно осуществляется бесплатно во всех водоемах. Сюда же входят и виды рыб, на которые введена лицензионная рыбная ловля, т. е. лицензионный промысел. Это, как правило, рыбы ценных пород. Субъектами лицензионной рыбной ловли могут быть как отдельные граждане, так и организации. Продукция, полученная в результате лицензионного лова, используется самими лицами, добывающими рыбу, а также реализуется другим организациям и гражданам. Перечень видов рыб, водных животных и растений, организация спортивного и любительского лова которых подлежит лицензированию, утверждается федеральным специально уполномоченным органом исполнительной власти по каждому региону отдельно по представлению органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации. опыт лицензионной рыбной ловли накоплен на побережье Охотского моря и в других регионах;

2) рыбы, обладающие свойством быть биологическим мелиоратором (например, хищные рыбы, подавляющее размножение сорных и тугорослых рыб в водоеме, растительноядные виды);

3) виды рыб, водных животных и растений, служащих кормовой базой для промысловых и других видов водных животных.

В единый фаунистический фонд включается государственный генетический фонд (далее - генофонд). Под генофондом в широком смысле понимается 'совокупность наследственных свойств всех существующих на Земле организмов'. В этом смысле понятия генофонда и фаунистического фонда совпадают. Под генофондом как составной частью государственного фаунистического фонда понимается совокупность видов животного мира, охраняемая законодательством от истощения и исчезновения. Такое определение впервые четко обозначил В.В. Петров.

В этом фонде можно выделить относительно самостоятельные категории. К их числу относятся: а) исчезающие; б) угнетенные (сокращающиеся в числе); в) редкие; г) неопределенные (малоизученные); д) условно-восстановленные. Некоторые исследователи предлагают включить сюда и категорию так называемых редких гибридных животных, представляющих потомков исчезнувших видов и подвидов животных, но не относящихся к разделу домашних (сельскохозяйственных). На наш взгляд, гибридных диких животных в зависимости от их численности или состояния следует включить в одну из названных категорий либо отнести к другим фондам. Подобное решение можно увидеть в Постановлении Правительства РФ ? 1289 от 26 декабря 1995 г.

Данная классификация категорий животных, включаемых в генофонд, дана в соответствии со шкалой, принятой Международным союзом охраны природы и природных ресурсов и использованной при издании Красной книги СССР и Российской Федерации.

Отличительной чертой правового режима генофонда является прежде всего усиление охраны всех видов животных, в него входящих. Отстрел или отлов возможны лишь в исключительных случаях. Виды пользования этими животными резко ограничены и закреплены законодательством. Особый правовой режим может быть установлен в отношении певчих птиц, змей и других животных, которые либо входят в один из названных государственных фондов, либо составляют иной фонд.

По мере дальнейшего изучения проблемы количество фондов может быть расширено и изменено. Законодательное закрепление будет способствовать более рациональному использованию и эффективной охране дикого животного мира. Однако с принятием части первой ГК РФ появилось несколько скептическое отношение к термину 'фонд как объект права'. все чаще на научно-практических конференциях, в дискуссиях высказывается мнение, что фонд надо рассматривать лишь как субъект права. процитируем определение, закрепленное в ч. 1 ст. 118 ГК РФ: 'Фондом для целей настоящего кодекса признается не имеющая членства некоммерческая организация...'. Таким образом, фонд как организация, т. е. исключительно как субъект права, законодателем рассматривается лишь в гражданских правоотношениях.

Что касается других отраслей законодательства, то до настоящего времени в большинстве из них фонд характеризуется и как объект права. Примерами могут служить Водный кодекс, вступивший в силу в ноябре 1995 г., Лесной кодекс и другие документы.

Подводя итог, подчеркнем, что в настоящее время животный мир рассматривается законодателем как объект охраны, как самостоятельный объект собственности, а не как принадлежность к среде обитания. Для индивидуализации животного мира необходимо законодательно закрепить единый фаунистический фонд, включающий в себя охотничий, рыболовный, генетический и другие фонды. Однако включение каждого нового составного элемента должно определяться особенностями правового режима конкретных видов дикой фауны, требующих выделения их в особый фонд.

 * Кандидат юридических наук, доцент Поморского государственного университета.

Т.Н. Малая, 1998.

Ссылки по теме:
  • Тур
  • Дикий животный мир
  • Как правильно выбрать место под водоем
  • Значение животных
  • Зоология
  • Животный мир суши
  • Лошади
  • Пиксибоб
  • Котенок из пробирки
  • Тетрагеноптерус
  •  
    Copyright © RIN 2002-
    Обратная связь